Блогик

Игорь сидел на бревне, всматриваясь в безликое северное небо. Божество утра выпускало сигаретный дым, и он кашлял. Ждать ему было не новей, но он никогда этого не любил, потому что попросту растрачиваешь время. Верхушки деревьев волчье выли, отступая под угрозами влажного ветра. Огонь хилел, оставляя за собой горсти червленых бриллиантов.

Стас подошёл незаметно как тень. Присел рядом и протянул бутылку пива Edelweiss Weissbier.

- Последняя, - сказал он тихо.

Игорь сбил крышку о бревно и жадно всосался в горлышко. Опустил и выдохнул.

- Хороша, зараза!

В руках Стаса была книга. Он вырвал из неё пару листов, положил на костёр и прижал ветками. Послышалось шипение, бумага мерцая вспламенилась.

- Что за книга? – спросил Игорь.

Стас протянул: Александр Иличевский. Матисс.

- Роман?

- Роман. Ещё один роман пустышка. Неприличная.

- Про художника?

- Нет.

- Такой плохой, что решил сжечь?

- Да.

- Мы же договорились не читать современной русской литературы?

- Я не смог удержаться.

Тут Игорь увидел, как глубоки зеницы друга. Стас обонял роман, пролистал, всмотрелся в шрифт.

- Не пахнет, - и кинул в костёр.

- Кто тебя надоумил?

- Русская критика беспощадна и пуста. Данилкин и Латынина.

Игорь рассмеялся, потом резко притих и с каменной улыбкой, как собака, рявкнул:

- Нашёл кого слушать! Они только и знают как всяких Пелевиных, Прилепиных, Сорокиных, Татьян Толстых, Юзефовичей, Елизаровых, Маканиных – восхвалять, даже не краснея! Так чем плох то роман?

Стас хмыкнул. Игорь глотнул пива.

- Язык вроде не слабый, но предложения – трамплины, вымученные не читателем, а рассказчиком, на которые бессистемно насажаны метафоры и сравнения. А самые интересные и удачные, так вообще повторяются через каждые тридцать страниц на протяжении всего романа. Режет слух. А название? Конечно, название не должно интерпретировать, а должно запутывать. Но то, что выбрал Иличевский - полный бред! Сюжет без смысла и больше подходит для рассказа, не для романа. Страниц двести можно просто взять и выкинуть.

- Или сжечь, как ты, впрочем, и сделал.

- Первый раз жгу книгу.

- Не последний, поверь мне. Что, не будет ещё долго среди русских нобелевских лауреатов?

- Не будет. Гнила современная русская литература.

- Гнила.

За деревьями у тропы зашумел мотор.

- Они приехали.

Игорь и Стас встали с бревна. Чтобы потушить, посали на костёр, и вперевалочку, попивая Edelweiss Weissbier, направились к подъехавшей машине.