Рассвет на сердце.

Поначалу молодой, изображавший из себя человека бывалого и хладнокровного (высовываясь из кабины и глядя в небо, он насвистывал «Тореадор, смелее в бой»), беззастенчиво выкладывал все, чем было полно его опытное рыцарское сердце, а потом призвал на помощь руки и, чтобы окончательно растопить лед, положил их на колени «мадонны». Старший сообразил, что девушка не жеманится, сидя так неподвижно и оцепенев.
Длинные пальцы Ладейщикова осторожно, быстрее, еще быстрее стали ощупывать кисть. Кира поняла: потерян пульс. Агеев тоже смотрел на пальцы Ладейщикова, они остановились, крепко прижав кожу. Агеев равнодуш¬но пожал плечами.
— Нитевидный, — тревожно сказал Ладейщиков.
— Еще триста!—бросил Агеев сестре.
Привстав на носки, сестра осторожно, не касаясь краев, перелила в подвешенную банку густую, вишневого цвета кровь.
Стерильная сестра стояла возле своих инструментов молча, предостерегающе оглядывая каждого, кто приближался к столику.